Отношения с женой у Парамонова особые. Любовь это или не любовь, он судить не брался. Вроде и любовь, но не пылает, а вроде и не любовь, но дымит. То, что жена отказывается заниматься воровством из супермаркетов, жадного от природы Парамонова сводило с ума и укрепляло в нём веру в несостоятельности их брака. Жил последнее время заоблачными фантазиями, находя успокоение в неминуемости скорых перемен, и шантажом супруги. Мол не будешь красть, убью, а если будешь, то сядешь гыгыы.

Парамонов каждый день проецировал в своём воображении подвалы Бутырки. Представлял лежащую на бетонном полу полуобнаженную супругу молящую о снисхождении, сцущего на неё барбоса. Моча следака стекала по кровавым ссадинам и гноящимся ранам подследственной в небольшое углубление у стены, и так на каждом допросе. Парамонов ясно видел, как застоявшаяся вонючая желтая лужица служит одновременно и источником солей для истощенного организма и умывальником для посиневшего от четких ударов еблета. Непременная статья 158 или 159 (Парамонов точно не знал, какая за воровство) грозила жене пятилетним сроком в колонии общего режима. Адвокат – в прошлом плиточник - мозаечник, виртуозным рвением выжуливает у судьи два года, увеличивая срок до семи и не менее виртуозно меняет режим своей подзащитной, с общего на строгий. Не забывал Парамонов и о использованных тампонах, побывавших в пизде в критические для неё дни.  Заваренное каркаде из несвежих гигиенических ваток обязательно должно входить в ежедневный тюремный рацион жёнушки. Неизбежная ебля с усатыми зэчками являлась апогеем бурной фантазии Парамонова, после чего он непременно закуривал и более настойчиво начинал корить жену за малодушие и требовать от неё сатисфакции.

Жена мечтала увидеть Парамонова в смирительной рубашке. С серым шизоидным лицом, со взглядом паранармального лемура, встретившего на водопое Генриха Гиммлера. Обоссаным зашуганным параноиком, плохо соображающим от постоянного употребления циклодола и вечно сонным от азалептина. Санитары - из числа контуженных эрудитов, именно таким предствляла себе персонал психушки жена. Лечащий доктор -  в прошлом чекист, замученный воспаленной простатой, практикующий на больных электрошоковый ахтунг. Сосед – каннибал с формой головы невъебенного половника и с чудесными глазами, если рассматривать каждый по отдельности (левый держит под прицелом дверь палаты, а правый поглощен созерцанием игры жировых отложений на теле Парамонова). Инъекции аминазина, заставляющие мужа какать, не вставая с кровати. И многое что еще, о чем слышала, читала в газетах, в литературе, видела по телевизору  и в художественных фильмах.

25 августа – годовщина свадьбы Парамоновых. В этом году 25 лет как вместе. Вечером придут гости, прилетит сын из Тюмени, будет водка и традиционное «горько». Ближе к полночи все разойдутся, сын уйдет к бывшей однокласснице, и они останутся вдвоем. Парамонову доставит удовольствие подарить жене мешочек сухарей и наручники, с пожеланиями условно – досрочного освобождения, а ей приятно будет вручить ему книгу Кена Кизи «Над кукушкиным гнездом». А потом признания в любви и вялый секс под марш Шопена.

Tweet