есть только миг между прошлым и будущим
Л.П.Дербенев

Прошлое стало неинтересным, как пожелтевшая программа передач за минувший год. Ворох приятных и не очень воспоминаний, сбывшихся и умерших надежд, горьких разочарований и радостных побед – был безжалостно спрессован в мусорный брикет и заброшен в самый дальний закоулок сознания. И возвращаться к нему кроме как в справочных целях больше нет никакого желания.

Будущее тоже потеряло смысл. Теперь оно напоминает морковку, подвешенную перед носом осла. Глупого осла, который с самого рождения и до этого момента тащил телегу жизни. Прилежно бежал вперед, тщетно пытаясь ухватить вожделенное и постоянно ускользающее лакомство. Будущее, с его неопределенностью и неуверенностью, со всевозможными фобиями и страхами, включая самый главный Страх Смерти – наконец-то потеряло свое пугающее величие и оказалось тем, чем было всегда – фантомом, концепцией разума. Стало ясно, что его не существует, как не существует и самой смерти.

Итак, не стало ни прошлого, ни будущего.

Что послужило первым толчком? Вряд ли теперь на это можно найти ответ. Неважно, каким красивым словом это назвать и в виде чего изобрать – каскадное удаление записей из реляционной базы данных, эффект домино, карточный домик. Очевидно лишь, что вначале где-то лопнул от напряжения маленький крепежный болтик. Вектор силы автоматически перераспределился на другие несущие соединения, также порядком изношенные. Они, в свою очередь, тоже не выдержали нагрузки и лопнули. В недрах разума раздался все нарастающий скрежет и пронзительный визг металла. Казавшийся незыблемым каркас эго пугающе быстро смялся, завалился на бок и беспомощно рассыпался. Лишенное структуры и потерявшие всякую ценность, его содержимое вывалилось наружу, как кишки из распоротого брюха.

Сначала было покончено с ярлыками, званиями и прочими побрякушками из мира идей. Странно, но во все времена именно это пугало людей больше, чем потеря материального имущества. Лишение общественных прав, снятие с должности, публичное развенчание, гражданская смерть, сорванные погоны, сломанная над головой шпага – о, ужас-ужас. Что же осталось? Только имя, паспорт и самые важные документы. Коробка с визитками – на которых количество регалий и должностей давно уже вступило в противоречие со свободным местом, скромностью и здравым смыслом – первой полетела в урну.

Затем последовало расставание с самым близким человеком. С привычном, знакомым, нежным, любящим, уютным и – при все при этом – безнадежно нелюбимым живым существом. Расстаться с которым до сих пор было невероятно трудно в силу привычки и жалости.

Избавиться от мебели и вещей оказалось проще всего. Все ликвидное было успешно распродано (удивительно, что этот хлам оказался кем-то востребован). Что не удалось продать – было раздарено или равнодушно выброшено.

Но самым значительным событием оказалось избавление от Коллекции – по сути, единственной серьезной страсти всей жизни. Любовно собранные за долгие годы, ее редкие и прекрасные экспонаты представляли собой дружную семью, гармоничную и завершенную по всем канонам – историческим, стилистическим и концептуальным. В прежние времена одна мысль о расставании с ними вызвала бы панику. Но сейчас это оказалось просто и естественно. Не потому, что смертоносные артефакты потеряли ценность – вовсе нет. Их ценность и красота были абсолютными, и никак не зависели ни от переменчивой моды, ни от рухнувшего «я». Просто сама идея обладания ими вдруг стала нелепой и вздорной, как идея владения небом или солнцем. Поэтому, когда появился достойный покупатель – такой же фанат и знаток – колебаний не было. Смысл имело лишь то, что предметы попали в надежные и заботливые руки. Что и говорить, сделка получилась идеальной – удалось избавиться от главной привязанности и тяжелой гири на ноге, заработать достаточно серьезные деньги и попутно сделать счастливым хорошего человека.

Вообще, расставаться с вещами, превращать их в купюры, было невероятно просто и радостно. Подобное облегчение, вероятно, испытывает худеющий толстяк – когда обременявший долгие годы жир сгорает и превращается в чистую энергию. А энергия в виде денег будет очень нужна, особенно в первое время.

Что теперь? Остается лишь сесть в одномоторный самолет, завести двигатель и потянуть штурвал на себя. Подняться выше уровня кучевых облаков и лететь на вечный закат. Либо сменить курс, пролететь под звездами и встретить солнце с другой стороны. Единственный собеседник – Ричард Бах. Единственное достойное зрелище – солнце по курсу, звезды над головой и бескрайнее снежное поле облаков внизу, под которыми скрывается суетная земля.

Но ничего не может продолжаться вечно. Даже чувство полета, одиночество под небесным куполом и самое прекрасное зрелище со временем надоест. Наступит момент, когда захочется нырнуть вниз, сквозь белую перину. Совершить посадку в круговороте обычной жизни и начать все заново. Но это будет еще не скоро – всему  свое время. Пока что есть лишь бесконечное одиночество и покой. Без сожалений и надежд, без мыслей и страхов, без прошлого и будущего.

Ласточкин хвост.